Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Ночной свет моря

Ночью у нашего берега есть и фито- и зоопланктон – все перемешивается на мелководье. И большинство планктеров способно светиться в темноте. Это – одно из самых радостных – для нас – их свойств. Химически, реакция свечения морских организмов, точна та же, что и у жуков-светляков, которыми мы любуемся теплыми летними ночами на берегу. Вещество – люциферин (светонос – греч.) окисляется кислородом под действием фермента люциферазы. В большинстве химических реакций выделяется тепло, а в этой – один квант зеленого света.

 

С июля по конец сентября. Но самое лучшее время – с начала августа по начало сентября – первые недели летне-осеннего развития планктона.

 

Уже подходя к темной воде, мы видим, что слабый прибой колеблет на песке кусочки зеленоватого света – нащупайте их руками – они скользкие, они тают на пальцах. Это волны прибили к берегу гребневиков, их уже разбило о песок, но они продолжают светиться. Стряхните их с рук – и свет останется на ладонях – еще более мелкие кусочки нежных тел морских существ прилипли, остались на вашей коже. Если пройти вдоль кромки прибоя, мы обнаружим на песке маленькие, постоянно светящиеся точки – подберем их и постараемся рассмотреть. Это бокоплавы, морские блохи – но уже дохлые, не прыгают, как те, за которыми мы гонялись днем. Этих рачков уже начали поедать, разлагать, бактерии, которые светятся всегда – точно так же светятся гнилушкПочему светятся планктонные организмы? Давайте дождемся ночи и сами ответим на этот вопрос. Чем темнее будет ночь, тем лучше – станут заметнее вспышки живого света в море. И, конечно, на море должен стоять штиль – иначе мы ничего не увидим. В общем, ночь должна быть тихой, темной и теплой. Таких на нашем берегу бывает много – с началаи в ночном лесу. Не пугайтесь – любуйтесь, это тоже жизнь. У бокоплавов на панцире много микроскопических шипиков – мы уже видели их – эти шипики позволят вам прицепить себе на майку светящийся значок – просто прижмите рачка к ткани.

Войдем в темную прозрачную воду со знакомого пляжа – на ощупь. Летней ночью море теплее воздуха над ним, купаться можно, не чувствуя воды – про такую обычно говорят – как парное молоко! – но ночь есть ночь – и, наверное, стоит еще раз напомнить об осторожности – не надо заплывать туда, где вы не сможете встать на дно.

Давайте медленно, без брызг, ступать от берега и смотреть себе под ноги. А ноги светятся! Это неутомимые планктеры – подвижные водоросли, рачки – сталкиваются с нашей кожей и вспыхивают изумрудным светом, их так много, что тела движущихся в воде людей становятся изумрудными. Когда планктона действительно много, можно наблюдать поразительное зрелище – плывущего светящегося человека. Он ныряет – и ярко сияет под водой, и оставляет за собой искрящийся след.

 

Редко, но – бывает такое везение – удается увидеть игры пылающих зеленым огнем дельфинов! А если выходишь в такую пору в море на шлюпке, весла кажутся горящими – и при каждом гребке с них срываются и остаются позади, кружась и извиваясь, языки зеленого пламени.

Такое ровное, сильное свечение, в котором не видно отдельных вспышек, вызывают планктонные динофлагелляты – в теплой воде их больше всего. Диатомеи светиться не умеют. Любое наше движение в воде вызывает сияние и вспышки. Сияние – это множество мелких вспышек микроводорослей, сливающихся в единое свечение – так их много. А отдельные яркие зеленые огоньки – вспышки раздраженных планктонных рачков. Побрызгайте водой – в воздух полетят зеленые искры – это вы, вместе с каплями, бросили в воздух множество крошечных ракообразных. Вот, наверное, единственный – и прекрасный – способ увидеть, без микроскопа, жизнь – в каждой капле морской воды.

 

Если рядом с вами в воде загорелось что-то яркое и большое – это гребневик – самое крупное светящееся животное Черного моря. Можете попробовать зачерпнуть его лодочкой ладоней – рассмотрите его сияние.

 

Светятся не только планктонные микрорганизмы, но и многие донные: попробуйте нырнуть на каменистое дно и потереть любую гладкую поверхность – она засветится; поднимите камень со дна, потрите – он будет еще светиться, когда вы вынырните и поднимите его над водой. Если над песчаным дном долго не было волн и не купались люди, даже на поверхности сыпучего грунта образуется пленка микрожизни, способной светиться – тогда, проходя по такому дну, вы будете оставлять изумрудные следы.

 

Мы уже поняли, что светятся планктеры не все время, а при раздражении – ударе о препятствие, сильном движении воды. Такие сигналы для веслоного рачка или динофитовой водоросли – знак возможного приближения хищника, или даже столкновении с ним. Вспышка должна отпугнуть агрессора. Как такая маленькая искорка может кого-то испугать? Но сравните размеры! Людей, обычно, пугает неожиданно засветившийся гребневик – а ведь он – всего-то – с яблоко величиной. Для маленькой планктоядной рыбки – шпрота, атеринки – вспышка зеленого огня от рачка ойтоны может стать причиной для бегства. А вспышка динофитовой водоросли, в свою очередь может спугнуть веслоногого рака или личинку червя. Так что свечение планктона, так радующее нас летними ночами, – активная защита слабых планктеров от прожорливых планктофагов.

 

Бывают редкие случаи постоянного свечения планктонных водорослей – во время мощного цветения ноктилюки, или других динофитовых водорослей. Плотность водорослей во время такого мощного развития фитопланктона – миллионы клеток в литре воды – такова, что отдельные столкновения, отдельные вспышки света, просто сливаются в постоянное сияние.

У некоторых морских организмов существуют световые сигналы, которые предназначены не для отпугивания, а, наоборот, для привлечения кого-то – чтобы съесть этого кого-то, или, если это – особь противоположного пола – чтобы спариться с ней.

 

Глубоководные рыбы-удильщики вывешивают светящиеся органы перед раскрытой пастью, и рыбка-жертва, плывя к свету, оказывается в зубах удильщика. В Черном море, из семейства удильщиковых, изредка встречается один – европейский удильщик, или морской черт – рыба совершенно необычайного вида, но у этого вида, хотя и есть подвешенная над широким ртом удочка с приманкой, она не светится. У нашего берега он появляется редко – иногда попадает в траловые сети.

Морской черт – увы, не светится.

То, что в Черном море нет светящихся рыб-удильщиков, естественно. Для успешной охоты, им нужна полная темнота – это рыбы глубин. В нашем же море, глубже 150-200 метров, в воде нет нужного для дыхания кислорода, но есть ядовитый сероводород; рыбы там жить не могут.

Замечательный свет появляется в море в тех местах и в то время, когда спариваются некоторые виды планктонных многощетинковых червей. Наши платинереис и глицера, которых мы только что рассмотрели, к сожалению, не светятся. А вот обычный атлантический нереис раз в год устраивает фантастическое световое представление в водах Гольфстрима. В ночь первого летнего новолуния все население острова Бермуда собирается на мостках через узкие проливчики, которыми разделен этот остров, расположенный на самой стремнине Гольфстрима. Единственная в году ночь спаривания морских червей, местный бермудский праздник – и мне посчастливилось быть там в это время. Стоя на мостике над одной из островных проток и вглядываясь в черную воду, наконец замечаешь первого, светящегося ярким, бело-зеленым светом, извивающегося червя длиной с палец, толщиной со спичку. Гольфстрим недаром назвали рекой в океане – скорость течения 4 км/ч, с такой скоростью ходим мы с вами. И вот течение приносит новых нереисов, через полчаса – вода превращается в кипящий, сияющий, бело-зеленый поток – черви плывут, извергая светящиеся облака икры и семени, которые смешиваются на наших глазах, это фонтаны света, это – буквально – праздник рождения новой жизни, сопровождаемый фейерверком! Спускаешься к берегу, ловишь нереиса, и ладонь покрывается светящейся жидкостью...

Свечение нереисов, кроме привлечение партнеров по спариванию, играет и отпугивающую роль: в море – множество беспозвоночных и рыб, которые могут съесть и червей, и их икру, но яркий свет массы нереисов, их икры и семени, несомненно, отпугнет их.

 Эта история, конечно, не черноморская, она – просто – об одном из чудес морской жизни, большинство из которых ждет вас впереди. А Черное море – очень хорошее море для первых шагов на этом пути.

 

Между прочим, история со светящимся от червей Гольфстримом закончилась общим хохотом всех биологов, работавших тогда на Бермудской биостанции. В тот вечер вся компания с биостанции пошла поглядеть на спаривание нереисов. А один японец не пошел – сказал, что он подобное явление уже видел. Мы вернулись поздно ночью, радостные, оживленные, нашли и растолкали сонного японского биолога, начали рассказывать ему... Он остановил нас, и молча повел за собой – оказалось, что в туалет. Пресной воды на Бермуде – очень не хватает, и, для слива унитазов, воду в бачки закачивают прямо из моря. Японец погасил свет в туалете, нажал на слив... В унитаз хлынули потоки светящейся, искрящейся воды, озарив тесную комнатку.


Источник: http://blacksea-education.ru/faq/answer17.shtml

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы

Почему на коже долго остаются следы


X